Зачем мужчине танцевать чакареру
17 сентября 2016
Что такое чакарера для меня самого? Зачем я в Москве XXI века танцую деревенский фольклорный танец далекого аргентинского народа, когда вся культура человечества в моем распоряжении?

Чакарера — это лучший из известных мне способов почувствовать себя живым. Я не знаю лучшего лекарства от тоски, злости, бессилия, уныния и ненависти, и вообще всего плохого и тяжелого, чем чакарера. У меня есть гипотеза, как работает это лекарство. Нам нужно всего четыре составляющих — небо, земля, ритм и человек напротив. Руки, поднятые наверх к небу, и грудь, открытая навстречу солнцу. Ноги, чувствующие землю, говорящие с землей и берущие ее силу. Веселый ритм чакареры, живующий и в руках и в ногах. И человек, с которым мы можем разделить эту радость и силу.

В отличие от танго, танца все-таки городского, чакарера гораздо больше и теснее связана с изначальными силами природы, и позволяет нам напрямую и непосредственно подключиться к ним. В чакарере совсем некогда думать, это вихрь энергии, который просто уносит нас за собой, и в котором мы можем лишь быть — такими, какие мы есть. И еще чакарера — это танец поиска, танец охоты мужчины на женщину и очарования мужчины женщиной. Там очень много силы в этой короткой трехминутной истории. Силы, которую очень сложно разглядеть снаружи, нужно войти с ней в контакт и почувствовать непосредственно, всем телом.

И в первую очередь чакарера — это танец мужчины для женщины, а женщины — для мужчины. Если они не танцуют друг для друга, все вышесказанное можно выбрасывать на помойку. Поэтому, когда я спрашиваю самого себя, зачем мужчине танцевать чакареру, я отвечаю просто — чтобы соединить в себе силу Неба и силу Земли и подарить то, что получилось, женщине. Чтобы научиться выходить к женщине, смотреть ей в глаза и танцевать для нее, с ней, вокруг нее и во имя нее.

Это не так просто, как кажется. Наш больной выстроенный мужчинами для мужчин мир почти разучился посвящать себя женщине. Я вот пишу эти слова, и чувствую внутри, что вот как-то даже неудобно об этом говорить. «Ну что за детский сад в самом деле, есть же дела поважнее!», — говорит один из моих внутренних голосов. Но одновременно с этим я знаю — если не посвятить добытую силу женщине, сила уйдет, и оставит нас разбитыми и опустошенными.

И еще чакарера — это радость. Конечно, и музыка чакареры, и тем более каждый конкретный танец могут быть и грустными, и трагичными, и злыми, но базовое состояние чакареры — это состояние радости. Способность испытывать это состояние, входить в него, сохранять и растить его в себе — очень нужная нам в нашей городской жизни и очень целительная вещь.
Еще про аргентинский фольклор:
Made on
Tilda