Отчаянный поиск свободы
27 ноября 2015
К моему глубокому сожалению, на занятиях я не успеваю многое из того, что я хочу вам дать или рассказать. Так что буду иногда добавлять здесь.

Расскажу вам кое-что про танго, отвечая на вопросы, которые были заданы в самом начале: что хотелось бы знать шаги прежде, чем танцевать; что хотелось бы знать именно шаги танго; и что ещё хотелось бы понимать, откуда их можно брать.

Для меня лично танго — это очень загадочное явление. Каким-то совершенно невероятным образом, на рубеже прошлого и позапрошлого веков в Буэнос-Айресе сложился танец, основным свойством которого оказалось отсутствие правил. Я долго пытался разобраться, в чем же суть этого танца, что делает танго тангом. И поверьте мне, нет такого движения, про которое можно было бы сказать — что вот это точно танго, а вот это уже не танго. Есть движения, которые сейчас в моде, но это именно мода, она меняется, и довольно быстро. А танго — живет.

И сегодня я бы сказал, что одна из основных характеристик танго — это свобода. Отчаянный поиск свободы. Эту формулу мне когда-то подарил Джиджио Джованни, и с тех пор я ношу ее в своем сердце.

В самом сердце танго, в его истоках лежит то, что мужчины Буэнос-Айреса очень хотели танцевать с женщинами, но для любого из них танцевать так, как это уже делает кто-то другой, было ниже собственного достоинства. И поэтому каждый из них искал собственный танец, собственный стиль, собственные фигуры и собственные движения. И, с моей точки зрения, этот поиск — и есть суть танго.
Потом, уже значительно позже, в конце XX века, когда танго стало стремительно набирать популярность в Европе, и европейцы толпами поехали в Буэнос-Айрес учиться танцевать, родилось то, что сегодня на занятии кто-то назвал «европейским танго». Европейцы приезжали и требовали от аргентинцев научить их танцевать.

Чего там учить-то? Обнимаешь женщину, чувствуешь ее и ведешь ее под музыку, — сказал бы аргентинец. Но европейцы видели движения и требовали научить их этим движениям, и готовы были щедро за это платить. Спрос рождает предложение, и сегодня полмира учит придуманные кем-то когда-то фигуры, и думает, что это — танго.

Танго — это танец свободы, танец в его чистом виде, танец, растущий изнутри человека и изнутри пары. Этот танец нельзя оценивать со стороны, нельзя ткнуть в кого-то пальцем и сказать — «это не танго» или «они не правильно танцуют». Вы можете сказать, что этот конкретный танец вам нравится или не нравится, но никто не имеет права взять на себя роль хранителя и эталона танго. У каждого свое танго, у каждой пары свое танго, и в каждом танце — свое танго. В этом его изначальная суть.

Почему же мы так страстно хотим учить фигуры? Потому что мы смотрим, как танцует кто-то другой, и думаем, что дело в фигурах. Что то, что нам нравится — это фигуры. Но мы обманываемся, и наши глаза врут нам. На самом деле нам нравится состояние этих людей, и мы не догадываемся, что именно оно рождает эти фигуры в этот самый момент, и что мы хотим испытать, пережить именно это состояние. И мы идем учить шаги и фигуры, надеясь добраться до него, но не находим его ни в шагах, ни в фигурах.

Потому что оно — внутри нас. Во внимании к себе и друг к другу. В способности чувствовать и во внутренней свободе танцевать так, как хотим и можем именно мы и именно сейчас. Поэтому так важно учиться чувствовать себя и друг друга, знакомиться со своим телом и освобождаться от тех телесных, эмоциональных и умственных шаблонов, которые мешают нам быть свободными и танцевать.
Error get alias
Error get alias
Made on
Tilda